Лорелея Роксенбер
Ветром коснуться б румянца ланит, Уст целовать твоих пьяный фарфор, Море в груди моей буйной шумит, Волны уносят мой дух на Босфор.
3. Воробьевы горы (Москва)

На пересечении ул. Косыгина и Университетского проезда
м. Воробьевы горы

Смотровая площадка Воробьевых гор совместно с МГУ были основаны в 1953 году. Вышупомянутая находится на пересечении улицы Косыгина и Университетского проезда, если миновать лесопарковую полосу.

С выбором дня для выезда значительно повезло. Погода выдалась прекрасная, пусть и солнце палило нещадно, а в метро выстроились адовы толпы народу на сокольнической линии, но достижению намеченной с утра цели это не помешало, пусть и делать это пришлось всеми правдами и неправдами. Лестница из метро своим спуском приводит прямо к Лужнецкой набережной с видом на Москву-реку. Лесопарковую зону на время пришлось оставить без внимания, ведь не зря же говорят, что на три вещи в мире можно смотреть бесконечно: на огонь, воду и на то, как другой работает. Так и Москва-река сработала, как магнит, и притянула к себе взгляд. В такой погожий день гладь воды блестела на солнце и колыхалась под дуновением ветерка. Заснять на фото удалось небольшое семейство: мать-утку с несколькими утятами, важно плывущими за ней. В этот раз также вышло и много фотографий в стиле водных пейзажей - «марин» с теплоходами в разных ракурсах. Эти большие судна перемещались, провоцируя волны, изо всей силы ударяющиеся о брег. На берегу набережной расположилась зона отдыха. Люди сидели прямо на траве. Парами и по одиночке. Общаясь и просто глядя в даль, наблюдая за теплоходами. Они расслаблены и умиротворены. Ближе всех в зоне видимости сидел старик в темных брюках, белой рубашке и белой кепке, который за все время, в которое я наблюдала за ним, встал лишь раз, чтобы что-то убрать в свою старую и потрепанную, видавшую время сумку. Затем он снова сел и устремил молчаливый взгляд вдаль. Рядом с ним сидела молодая девушка в черном. Забрав волосы в невысокий хвост, она также молчаливо и неподвижно смотрела на воду. Вдоль набережной, с музыкой и без, гоняли прохожие на роликах и велосипедах. Свободная страна, Россия. Никому мы не обязаны носить велосипедные шлемы, и в этой маленькой анархии выражена вся суть свободы...

Пока примостилась перекусить перед восхождением на смотровую площадку гор, сбоку сидящие люди говорили о поездке в Доминикану. И это здорово, на самом деле. Послушать рассказы тех, кого положение и жизнь не удерживает здесь, в нашем городе, захватив в стальные тиски. Перед кем раскрыт весь дивный и большой мир...

Станция метро «Воробьевы горы» открылась недавно после ее перестройки, и теперь железная дорога — словно мост над нашей Москвой-рекой. Огромной Москвой-рекой. Вспоминаю, как зимой 2015 года ездила на утверждение диплома и наблюдала с моста за Москвой-рекой в совершенно другом месте, плохо помню где, но точно не на Воробьевых горах. И знание того, что она такая протяженная, и ее можно увидеть не с одной станции метро, исполняет душу гордостью за красоты Москвы и России... Солнце нестерпимо спину жгло и, наскоро подкрепившись, я приготовилась к восхождению на смотровую площадку. Сделать это пришлось через лесопарковую зону. Подъемник не работал, да и он платный, а мы — всего лишь бедные туристо, которые рады и пешеходной прогулке. А как в том лесопарке было красиво, а! Изначально не особенно впечатлившись, я думала «Ну и горы! И получше видали!», и этот лесопарк стал первым местом, реально глубоко затронувшим в этой прогулке. Деревянные беседки в преломлении солнечных лучей неистового света. Огромное и вязкое болото, окруженное темными дремучими деревьями, за снимок которого я особенно горда. На фоне солнца контраст света и мрака деревьев создавал сказочное ощущение. Это и правда было похоже на прогулку по какой-то давно забытой русской сказке про Машеньку в лесу. Если бы на дорожку вышел внезапно медведь, я, пожалуй, даже не удивилась бы...

Восхождение на смотровую площадку проходило через асфальтовую дорожку, круто всходящую вверх, и лестницу с, кажется, тысячами ступенек. Преодолев это все и присев на лавочку по пути к площадке, я чувствовала, как кровь раскатами шумит в голове. Ощущалась сильная усталость с непривычки, но я до сих пор не сделала фотографии, которую смогла бы использовать для обложки альбома, поэтому вариант лучшего фото еще пребывал в режиме ожидания. Путь в тысячу шагов, который начинается с первого, был еще впереди... В этом уединенном месте сама жизнь с ее суетой останавливается. Люди неспешные, неторопливые. Мимо проходит мать, одетая в черный топик и бежевые бриджи, с дочерью в сером комбинезончике, держа ее за руку. Девочка с длинными каштановыми волосами идет вприпрыжку, взмахивая руками, точно крыльями птица...

И вся суть оказалась в подъеме, который был совершен не зря. Здесь, с вершины мира, где Москва открылась, точно вся на ладони, я увидела ту красоту, которая мысленно отослала меня в прошлое. Ни для кого не секрет, что с детства я была поклонником «Короля Льва». И то место, которое Тимон и Пумба показали Симбе, едва встретившись с ним, — голубоватые в дымке неба горы среди ярко зеленых пальм, для меня в столь юном возрасте было пределом эпичности красоты. И вот здесь здания и небо были тоже голубоватого цвета, а зелень деревьев и растительности напомнили те самые пальмы. И вчера мне подумалось, стоя на вершине мира, рядом с иностранками, делающими селфи на фоне набережной с птичьего полета, и ежеминутно восклицающими «Oh! Amazing!», что я, наконец-то, нашла и увидела, и засняла свой самый хитовый снимок, который провоцирует меня создать профиль в «Яндекс-картинках», чтобы делиться красотой, в том месте, которое практически копия места, которое я в детстве считала идеальным по всем параметрам.

Путь обратно пролег без лестницы, по неровным пригоркам вниз на каблуках, но я не свернула в поисках лучшего прохода. Там же был сделан и еще один, как по мне так эпичный снимок макросъемки одуванчиков, и хоть нога и предательски грозилась соскользнуть периодически, «скатилась» я к набережной без повреждений. :D Там я уже оканчивала запись. В семь часов вечера на закате, резюмировав, что пусть и подъем был невероятно сложным, но был совершен не зря, я сидела на набережной, в состоянии близком к дзену. Один из теплоходов прислал такую мощную волну, что всех нас, сидящих на кромке берега, чуть ли не накрыло. Омыло берег и даже лавочки. Мальчик с короткими и непослушными темными волосами лет пяти, сидевший рядом, кричал от восторга, а я улыбалась. С нервной системой, за годы превратившейся в нераспутываемый клубок нервов, такие моменты важны. Солнце пошло на закат, оставляя после себя лишь золотое облако посреди небесного покрывала. Очень похожее на то, в финале фильма которого Анна Валери последний раз улыбнулась Гэбриэлу и заплакала... Воздух стал холоднее, и поднялся не сильный, но порывистый ветер. Он бил наотмашь, путал волосы и приносил покой после утомительных часов восхождения под раскаленным солнцем. Немного портила все мысль, что скоро уезжать, а завтра на работу, но пока еще не пришлось этого сделать, этот момент, — тихого и легкого умиротворения, когда кровь, бесившаяся в организме, успокаивается, когда на одном из теплоходов играет любимый мной по понятным причинам ирландский фолк, волна все еще ударяется о берег, а ветер и ласков, и неистов одновременно, вполне можно было бы назвать уголком рая на Земле.

Л.Роксберова

29.05.2016